Юрист практики разрешения споров Даниил Петрух для «Делового Петербурга» о нестандартных способах получения кредитором залогового статуса с целью защиты своих интересов в деле о банкротстве.

Автор статьи: Даниил Петрух

Стандартные способы защиты своих интересов при банкротстве должника понятны: если обязанности должника перед тобой не обеспечены залогом имущества, то включайся в реестр требований кредиторов и по мере возможности влияй на ход производства.

Возможности же получить залоговый статус (и увеличить свой шанс получить большую часть задолженности за счет реализации заложенного имущества) довольно ограничены. Но и здесь иногда открываются относительно нестандартные способы: получение залогового статуса через удержание имущества должника, а также недавняя новелла — получение залогового статуса через процессуальные обременения, наложенные на имущество должника в рамках добанкротного производства.

Принятые в 2014 году поправки в ст. 334 ГК РФ ("Понятие залога") предоставили лицам, в чью пользу судом были наложены обеспечительные меры, права залогодержателя в отношении обремененного имущества. В контексте дел о банкротстве указанные новеллы получили различное толкование судов: одни суды предлагали толковать эти нормы ограничительно и не признавать за интересантом ареста приоритета над остальными кредиторами. Другие (в частности, наш 13 ААС) предлагали мыслить шире и давали статус залогового кредиторам, сумевшим получить в свою пользу обеспечительные меры. Но возникает новая проблема: из какого именного ареста может возникнуть приоритетный залоговый статус? Иногда залоговый статус давался только исходя из обеспечительных мер, наложенных судом, а иной раз и в тех случаях, когда обременение имущества налагалось приставом в рамках исполнительного производства.

Неоднозначность новелл позволила активным кредиторам попытаться получить удовлетворение в преимущественном порядке за счет имущества, на которое они успели наложить арест до возбуждения дела о банкротстве. Причем иногда, требуя такое обременение, кредиторы не знали, какое преимущество оно даст, а неожиданно узнав о новой практике, обращались за уточнением своего статуса.

Но сколь внезапно такая практика появилась, столь внезапно она и закрылась. Верховный суд РФ 27 февраля 2017 года указал, что недопустимо давать интересантам ареста статус залогового кредитора. Объяснил он это тем, что "законодатель приравнял права взыскателя к правам залогодержателя", но это не значит, что запрет на распоряжение имуществом влечет возникновение полноценного залога. Залог из ареста возникает из процессуальных отношений и является не способом обеспечения исполнения обязательства, а механизмом реализации акта госоргана о взыскании долга.

Таким образом, новая и нестандартная схема просуществовала недолго, и можно лишь позавидовать тем кредиторам, которые успели реализовать ее в полном объеме. Тем не менее такое решение Верховного суда РФ стоит оценить и положительно — появилась как большая определенность в правоприменении, так и большая защищенность кредиторов, которые по той или иной причине, порой не сильно зависящей от них, не смогли добиться процессуального обременения.

Ссылка на статью в "Деловой Петербург": https://www.dp.ru/a/2017/05/10/Lazejka_kotoraja_bistro_z