Кейс месяца. Кнут и пряник амнистии

Дело Валерия Израйлита стало показательным во всех аспектах. Мы видим, как работает правоохранительная система, как работает судья районного суда, как работает высшая судебная инстанция. А также мы видим реакцию власти на публичные обвинения в невыполнении обещаний.

30 октября 2019 года (после некоторых колебаний) всем участникам амнистии попытались дать надежду. Президиум Верховного Суда РФ по поручению председателя ВС Вячеслава Лебедева рассмотрел вопрос о том, какие все-таки гарантии предоставляются участникам амнистии в ходе уголовного судопроизводства.

Высшей судебной инстанцией в своем ответе отмечено, что:

1. Сведения в декларации и приложенных к ней документах являются налоговой тайной, режим хранения которых обеспечивают налоговые органы.
2. Иные государственные или негосударственные органы и организации (в том числе правоохранительные) не вправе получать доступ к таким сведениям и документам. В том числе на основании судебных решений.
3. Истребование этих сведений возможно только по запросу декларанта. Он и только он вправе представить эти сведения в качестве доказательств для приобщения к уголовному делу.
4. Любые несоответствия между уголовно-процессуальным законом, законом об оперативно-розыскной деятельности и законом об амнистии должны решаться в пользу последнего.
5. И самое главное – установлен «абсолютный запрет» на использование специальной декларации в качестве основания для возбуждения уголовного дела или в качестве доказательства в рамках такого дела, независимо от того, по какой статье лицо привлекается к уголовной ответственности.

Глобально, это все то, что мы и так понимали под сутью амнистии «по закону» и на что рассчитывали, подавая специальные декларации. Действия ФСБ и суда первой инстанции показали же, что такое амнистия «по факту».

Напомним, что чуть ранее случилась смена позиции и внутри самого Верховного суда – сначала ВС не нашел нарушений в действиях ФСБ, потом зампред ВС РФ Владимир Давыдов отменил это постановление по процессуальным основаниям, отметив, что этот вопрос необходимо вернуть суду первой инстанции на повторное изучение. И вот сейчас Президиум попытался все же качнуть чашу весов в сторону декларантов. И закона.

Независимо от того, повторит суд первой инстанции тот же посыл Верховного Суда или нет, суть этого дела не меняется. Мы уже увидели, как контролирующие органы на местах «работают» с данными нам гарантиями и как читают букву закона. Мы благодарны Верховному Суду за разъяснение (которого в другом варианте в принципе и быть не могло), но при этом остаемся готовыми ко всему.