Партнер Ирина Оникиенко о реформе юридической профессии

К сожалению, надо признать, что идея реформы юридического рынка продемонстрировала, насколько этот наш рынок разделен. Российский юридический рынок состоит из адвокатов, консультантов, работающих в российских и международных консалтинговых компаниях, так называемых бизнес-юристов, инхаузов, юристов, работающих в различных НКО, правозащитников, юристов-чиновников, юристов, работающих в судебной системе и правоохранительных органах, а также фрилансеров, работающих на себя.

 

Согласно обсуждаемой не первый год Концепции регулирования рынка профессиональной юридической помощи (далее – Концепция) реформа должна коснуться далеко не всех перечисленных категорий юристов, а в первую очередь адвокатов, бизнес-юристов и фрилансеров (ИП и просто юристы-одиночки).

 

Неудивительно, что наиболее острые противоречия, а порой и непринятие друг друга мы видим именно между адвокатами и бизнес-юристами, – они основные участники реформы.

 

Я не ставлю перед собой целью сделать глубокий исторический анализ вопроса, когда и в какой момент адвокатов и неадвокатов так «разделило». Я лишь высказываю свою точку зрения в нескольких тезисах.

 

В Советском Союзе адвокатура была не просто единственным профессиональным объединением юристов, но и достаточно при этом закрытым институтом – в силу существовавших лимитов на адвокатов для каждого города и региона. По существу, никакой конкуренции не было. В постсоветский период в Россию хлынули международные консалтинговые компании, которые демонстрировали профессию на совершенно другом уровне. Стали создаваться российские юридические компании, ориентированные на бизнес так же, как и их иностранные коллеги. За 35 лет в России сформирован рынок юридических бизнес-услуг, по уровню не уступающий международным компаниям.

 

В адвокатуре все это время тоже шли изменения, однако они не были такими грандиозными. Все это время адвокатура традиционно решала свои каждодневные задачи по защите прав граждан и в значительно меньшей степени была вовлечена в работу на бизнес.

 

Когда начали обсуждать Концепцию, стало очевидно, что выросло поколение юристов, которые понятия не имеют, что такое адвокатура, не видят в ней ценности. Со своей стороны, адвокатура не готова признавать, что бизнес-юристы обладают не меньшей квалификацией, зачастую они лучше организованы и уж точно более динамичны и лучше встроены в рынок.

 

Без изменений адвокатура не будет развиваться и не станет привлекательной для коллег. Более того, изменения назрели в адвокатуре и без Концепции.

 

Мне кажется, что изменения начались. В последнее время Федеральная палата адвокатов РФ ведет огромную работу, направленную на визуализацию адвокатуры, внедрение единообразия оказания услуг. Внимание уделяется введению стандартов работы адвокатов и контролю за их соблюдением. Эти меры должны повысить требования к адвокатам, что, с одной стороны, позволит избавиться от случайных людей, а с другой – привлечь в ряды адвокатов ответственных профессионалов.

 

Одновременно идет диалог с коллегами-неадвокатами. За последние годы прошло большое количество обсуждений различными составами и на разных уровнях. Как участник этих обсуждений могу сказать, что диалог идет, мы находим понимание друг с другом, противоречия постепенно сглаживаются. Да, вокруг решений ФПА РФ много споров, и не только за пределами адвокатуры, но и внутри сообщества. Это нестрашно. Адвокатура – живой организм, и любые изменения даются нелегко, особенно принимая во внимание, что адвокатура – это федеральная структура, объединяющая более 70 тысяч юристов.

 

И последнее: я считаю, что российская адвокатура – это общественное достояние! Это единственный независимый самоуправляемый институт в стране, обладающий уникальным вековым опытом защиты прав граждан и юридических лиц. От многих из нас зависит, как будет развиваться этот институт и как будут защищаться права наших граждан. Без сильной независимой адвокатуры о правах граждан можно забыть, чего мы не можем себе позволить.